«Она меня не использует»: о мужских страхах

Они с другом едут в машине. Разговор заходит о девушке, с которой он встречается уже почти год.

— Вы съезжаться-то собираетесь?

— Думаю, да.

— Думаешь?

— Да нет, я хочу. Просто не тороплюсь.

— А чего ждёшь?

Он какое-то время смотрит на дорогу.

— Хочу сначала понять человека.

Друг смеется:

— Год понимаешь уже.

— И что?

— Ничего. Просто интересно, сколько длится проверка.

Он тоже смеётся.

Потому что слово «проверка» действительно подходит.

Девушка ни разу не дала ему серьёзного повода её в чём-то подозревать. У неё есть работа, друзья, свои интересы. Он знаком с её родителями, знает про прошлые отношения.

И всё равно иногда задаёт вопросы, после которых она смотрит на него с недоумением.

— А если бы я зарабатывал раза в три меньше, ты бы вообще со мной встречалась?

— Ты серьёзно сейчас?

— Да просто интересно.

И ему действительно не просто интересно.

Ему важно получить «правильный» ответ.

Такой, после которого можно хотя бы ненадолго успокоиться.

Что она никогда не выбирала мужчину из-за денег. Не оставалась в отношениях, потому что так было удобно. Не пользовалась чужими чувствами, чтобы получить то, что ей нужно.

Каждый такой ответ становится ещё одним доводом в пользу того, что здесь можно доверять.

Но спокойствие почему-то не держится.

Появляется новая ситуация, новая фраза, новая деталь, которую тоже хочется проверить.

Чем важнее становится эта женщина, тем сильнее его тянет убедиться, что он не ошибается.

Поэтому то, что со стороны начинает напоминать допрос, для него может быть попыткой решить вполне серьёзную задачу:

как подпустить человека ближе и не оказаться тем, кто слишком поздно понял, что им пользовались.

Иногда причина понятна.

Так уже было.

Предыдущая женщина могла обманывать его, пользоваться его деньгами или связями, возвращаться, когда ей что-то было нужно, исчезать, когда переставала нуждаться.

Он мог однажды обнаружить, что отношения, которые для него были близостью, другой человек воспринимал совсем иначе.

После такого легко пообещать себе: в следующий раз я замечу раньше.

Но иногда похожая настороженность появляется задолго до первых взрослых отношений.

Небезопасная привязанность не всегда вырастает из одного события.

Для ребёнка имеет значение повторяющийся опыт: насколько близкие взрослые доступны и предсказуемы, можно ли искать у них защиты, что происходит, когда ты зависишь от них и показываешь, что тебе больно.

Ребёнок может расти рядом со взрослым, которому опасно рассказывать лишнее.

Сегодня мама расспрашивает, что произошло в школе, утешает и обещает никому не говорить.

А через неделю за семейным столом, при родственниках, вдруг бросает:

— Поэтому с тобой никто и не дружит. Ты сам себя со стороны вообще видел?

И он стоит при всех и понимает: то, что он доверил ей, достали и выставили напоказ, чтобы уколоть.

Но опыт, после которого близость начинает переживаться как менее безопасная, может быть очень разным.

Это может быть эмоциональное или физическое жестокое обращение, пренебрежение, потеря важного человека или длительная разлука, ситуации, в которых доверие высмеивали или использовали против него, буллинг, отвержение.

Не любой такой опыт формирует ненадёжную привязанность, и связь здесь не механическая.

При этом человек вовсе не обязательно начинает избегать близости.

Он может хотеть быть рядом. Влюбляться. Скучать. Строить планы. Бояться потерять.

Сложность возникает именно там, где другой становится по-настоящему важным.

Потому что теперь есть что терять.

И тогда в самых обычных разговорах вдруг появляется напряжение.

— А почему ты со мной?

— А если бы у меня не было денег?

— А почему раньше было так?

Он спрашивает, сам же пытается сгладить, сводит к шутке, а потом следит за её лицом.

А ей в это время может быть по-настоящему больно.

Потому что вместо близости она раз за разом сталкивается с сомнением в своей честности и мотивах.

И если подозрения не основаны на реальности, ей может быть очень тяжело это выдерживать.

Тревога, которая должна была защитить его от боли, сама начинает создавать дистанцию, которой он так боится.

И иногда под угрозой оказывается не отдельный разговор, а сама привязанность в паре.

Хотя ни он, ни она этого не хотели.

С таким опытом можно работать и индивидуально, и в паре.

Если страх повторяется из отношений в отношения, в индивидуальной работе можно исследовать, как он устроен и что происходит в тот момент, когда становится страшно доверять.

Если же это уже влияет на отношения, которые оба хотят сохранить – лучше обратиться в парную терапию.